Неординарные преступники и преступления. Книга 5 - Алексей Ракитин

уверенно скажет, что у Лоуренса Хармона имелись некие «проблемы с головой». И не ошибётся! Лоуренс Хармон действительно страдал душевной болезнью и умер в 1923 году в психиатрической лечебнице. Туда он был помещён принудительно в 1920 году по решению судьи. К тому времени отклонения в мышлении и поведении Хармона стали проблемой для его деловых партнёров. Адвокат стал называть себя «конём Калигулы, направленным председательствовать в Сенате». Будучи доставленным в суд, в котором надлежало рассмотреть вопрос о приостановке его адвокатской лицензии, Хармон сбежал. Через 2 часа полицейский обнаружил его стоящим на перекрёстке с открытым ртом и безумно вращавшимися глазами. На вопрос, кто он такой и что здесь делает, адвокат назвал себя «конём Калигулы, направленным императором в Сенат дабы председательствовать там», что сделало путешествие в юдоль скорби неотвратимым.

Когда именно душевная болезнь Хармона дала о себе знать, в точности неизвестно. Но странная выходка с требованием закрыть окно, упомянутая выше, указывает на то, что уже в интересующее нас время, то есть к концу 1897 года, какие-то отклонения в мышлении и поведении адвоката присутствовали и проявлялись весьма не к месту. Сложно сказать, насколько подобные отклонения мешали ему работать тогда, но вряд ли можно оспаривать то соображение, что склонность адвоката следовать навязчивой идее не сулила его подзащитным ничего хорошего.

О том, что Лоуренс Хармон принимает на себя бремя защиты интересов Адольфа Лютгерта в суде, официально было объявлено 30 ноября 1897 года. Ни Винсент, ни сотрудники его юридической фирмы никак не прокомментировали приглашение нового защитника и отказ от их услуг, мы до сих пор не знаем в точности, что именно произошло между ними и их знаменитым клиентом. Нельзя не признать, что Винсент являлся блестящим адвокатом, и он буквально вытащил Адольфа Лютгерта с того света, отыскать адекватную замену такому адвокату было исключительно сложно.

Хармон пришёл с собственной идеей насчёт того, как надлежит защищать «колбасного короля». О чём идёт речь? Как мы видели, Винсент не пытался придумать историю того, куда и как исчезла Луиза Лютгерт, он считал, что это дело не его, а полиции. Винсент сосредоточился на том, чтобы последовательно разрушать версии и аргументацию стороны обвинения, и с этим он прекрасно справился. К концу судебного процесса всем стало ясно, что у стороны обвинения вообще ничего нет против Лютгерта — ни мотива, ни внятного объяснения способа убийства и уничтожения тела, при этом многие важные направления полиция надлежащим образом не отработала. Винсент сосредоточился на том, чтобы посеять сомнения в официальной версии, и ему это удалось — по этой причине Лютгерт не был повешен. Хармон же решил, что защиту «колбасного магната» надлежит строить «от нападения», другими словами, надлежит доказать в суде, что Луизу Лютгерт видели после 1 мая, и это автоматически будет означать, что в тот день её не убивали!

Формально логика Хармона выглядела безупречно, однако имелся нюанс. Адвокат предлагал защите Лютгерта сосредоточиться на розыске Луизы или её следов, однако сие означало проведение масштабной розыскной операции. Что, согласитесь, вовсе не относится к функциям юридической фирмы. Разумеется, имелись частные сыскные агентства, работавшие по поручениям адвокатских контор, но, во-первых, их оперативно-розыскные возможности были гораздо ниже аналогичных возможностей государственных структур, а во-вторых, привлечение частных детективов — дело недешёвое! Кто оплатит этот праздник жизни?!

Ситуация осложнялась и в значительной степени запутывалась тем, что сообщений о появлении Луизы Лютгерт в различных частях Соединённых Штатов на всём протяжении 1897 года поступало немало. В этом очерке более или менее подробно рассказана история Александера Гротти, также упомянуты сообщения о появлении пропавшей женщины в Висконсине (в Кеноше и других местах), но следует понимать, что этим дело отнюдь не ограничивалось. В середине августа, перед самым началом судебного процесса, адвокат Фален в одном из интервью заявил, что юридическая фирма Винсента отслеживает сообщения о появлении Луизы Лютгерт в различных частях страны, и таковых сообщений уже проверено несколько сотен. По-видимому, озвученное Фаленом число являлось сильным преувеличением, но не подлежит сомнению тот факт, что подобных сообщений в те недели действительно поступало немало. Только из газетных сообщений нам известно не менее 30 (!) заявлений о появлении Луизы Лютгерт в различных штатах, якобы зафиксированных в период со 2 мая по 31 декабря 1897 года.

Дабы дать представление о том, что представляли из себя такого рода рассказы, приведём некоторые из них.

— В июле 1897 года некая вполне добропорядочная женщина заявила, будто видела Луизу Лютгерт в пансионате в Бостоне, штат Массачусетс. Там она проживала на протяжении нескольких дней. Проверка показала, что некая дама, соответствовавшая приметам Луизы Лютгерт, действительно снимала комнату по указанному адресу. Отыскать таинственную незнакомку не удалось, хотя к её поиску были привлечены газеты и полиция.

— В конце сентября 1897 года появилась информация о том, что некая женщина 27 мая в городе Текамахе (Tekamah), штат Небраска, явилась к проживавшему там прокурору Уэйду Гиллису (Wade Gillis). Она пыталась получить у него справку о возможности «дистанционного» развода, сообщив, что муж её находится в Чикаго и не знает о её намерении. Гиллис весьма доброжелательно ответил на заданные вопросы и предложил даме обратиться к нему в официальном порядке, то есть через секретариат, и с подачей соответствующего гражданского иска. Женщина ушла, и более прокурор её не видел. Поскольку репутация Уэйда Гиллиса была безупречна, заподозрить шутку или мистификацию с его стороны было невозможно. Тем более что он не просил денег за свою информацию, и корыстный мотив в его действиях никак не просматривался. На протяжении 2-х недель [в конце сентября — начале октября] эту историю расследовала местная служба шерифа, и даже частный детектив Лютер Лафин Миллс, работавший в интересах Адольфа Лютгерта, выезжал в Небраску. Эта история казалась очень перспективной в том отношении, что сулила «выход» на сбежавшую из дома Луизу, но… Но личность женщины, обратившейся к прокурору, установить так и не удалось!

— В начале октября 1897 года интригующая история закрутилась в штате Индиана. Началось всё с того, что 6 октября некую женщину, очень похожую на Луизу Лютгерт — а её фотопортреты и скетчи из газет уже были широко известны — видели в городке Кокомо (Kokomo), а затем в Андерсоне (Anderson) и Логанспорте (Logansport). Женщина была пьяна и в разных местах представлялась по-разному. Казалось очевидным, что женщина привязана к железнодорожной линии, вдоль которой на участке около 100 км и перемещается, выходя на разных станциях, а затем опять усаживаясь в поезд. Наконец, 9 октября она была задержана и успешно идентифицирована. Оказалось, что зовут её Лилиан Инглиш (Lillian English), живёт она в городке Андерсон и сейчас оставила семью и дом, чтобы немного отдохнуть вне отеческого гнезда. Вот и вся интрига!

— Прошла неделя, и из Индианы пришло новое интригующее сообщение. На пляже озера Мичиган, на